Газели

Они похожи на двух газелей — тонкие, хрупкие, нервные, с особым разрезом глаз. Друзья отмечают удивительное совпадение их пластики. Видишь их вместе и понимаешь: пара. Почти брат и сестра.
Равшана: Мы познакомились на «Кинотавре» в 2004-м совершенно неожиданно: я вообще не должна была туда ехать. На второй день фестиваля мы посмотрели друг на друга большими глазами некоторое время как приличные стеснительные люди, но подойти друг к другу не могли.
Артем: Я приехал на презентацию второй части картины «Даже не думай». Друзья дали мне с собой большой фотоаппарат, цифровой, с длинным объективом. Я играл в папарацци: нагло подбегал, фотографировал разных известных людей и Равшану в том числе. Чем ввел ее в заблуждение.
Равшана: Я подумала: «Какой симпатичный молодой фотограф». Не знала, что он — надежда российского кинематографа. Артем: Мы познакомились и стали дружить. Сначала ты дружила не со мной, но я сказал другу: «Старик, мне нравится эта девушка», а он ответил: «Пожалуйста, она не в моем вкусе, ухаживай». Так поступают настоящие друзья.
Равшана: Вокруг нас шла фестивальная жизнь. Творческая молодежь сидела допоздна, общалась, дурачилась. Это очень не нравилось Рудинштейну, который в то время был председателем фестиваля. Он орал: «Хватит, люди хотят спать, выключайте музыку!» Мы бунтовали, барабанили по столам...
Артем: Люди от восемнадцати до тридцати пяти устроили себе настоящий пионерлагерь.
Равшана: В тот период у нас были совершенно платонические отношения — один раз прошлись по Сочи за ручку, а потом Артем уехал в Киев на премьеру.
Артем: Фестиваль тем временем продолжался, мы отпремьерили, должны были возвращаться в Москву, но я понял: если приложить усилия, можно успеть на закрытие «Кинотавра». Я уже был влюблен. Поезд Киев—Сочи идет очень долго. Мы с другом решили взять билеты до Симферополя, потом ехать до Ялты на такси и оттуда плыть по морю. Нас обманул первый же таксист: мы заплатили вместо сорока гривен сорок долларов и расстроились. В Ялте нам сказали, что по морю оттуда до Сочи не добраться, а все автобусы уехали, и спросили, не свалились ли мы с Луны. Но мне нужно было в Сочи. Я у Равшаны даже телефон не взял.
Равшана: Не то чтобы не взял, а просто я тебе его не дала.
Артем: В итоге из Ялты мы поехали на такси в порт Кавказ. И снова таксист обманул: «Из порта Кавказ до Сочи два часа!» Перебрались на пароме в Керчь, а оттуда на последние деньги ехали на машине семь часов. Приехали в пять утра, упали на пляже, поспали, а днем я встретил Равшану.
Равшана: Я оценила поступок и оставила телефон.
Артем: И мы один раз с тобой поцеловались. Это был непорочный поцелуй в губы. Роман начался уже в Москве. Артем позвонил в первый же день. Они встречались и не могли расстаться, а через два месяца решили жить вместе. Артем в то время квартировал в комнате от театра «Шалом», где кроме негo ночевало человек десять. Переезд к Равшане был единственной разумной альтернативой.
Равшана: Мы с Артемом любим готовить. Первые блюда варю я. Взяла у Теминой мамы несколько рецептов — щавелевые, грибные, гороховые супы, бульоны. Кое-что из национальной кухни — шаурма, шурпа, плов. Но у меня чаще получается шавля: у узбеков есть такое понятие — когда вместо плова выходит вкусная каша. Плов очень тонкое блюдо. Мужское, как считают на Востоке. Нужна математическая точность. Когда открывать крышку, когда закрывать, когда делать дырки в рисе — три штуки по центру, чтобы вода испарялась правильно. На днях Артем сделал плов. С первого раза. Чем снова покорил мое сердце. Артем: Я разговаривал с рисом. Хвалил его. Переворачивал. А еще мы любим украшать наш дом. Снимаем новую квартиру и начинаем: я мастерю что-то, могу мебель, напрмер, сделать, Равшана добавляет «изюм»: обклеивает ракушками, расшивает янтарем.
Список совместных проектов Ткаченко и Курковой не исчерпывается кулинарией и домашним рукоделием. Они стараются вместе сниматься. В комедии «Ненасытные» Руслана Бальтцера у Артема была роль, а у Равшаны — эпизод. В фильме Алеко Цабадзе «Учитель русского языка» у них совместная сцена: она играет продавщицу роз, а он — покупателя.
Равшана: Но всерьез можно говорить только о короткометражке Александры Большаковой «Медуза». Это 32-минутный фильм о любви, один день из жизни героини, любовный треугольник. Прекрасное тонкое кино. Жаль, что у нас не налажены прокат короткого фильма и выпуск его небольшим тиражом на DVD. Для Саши это была одна из первых работ, в ней много неточностей, но есть атмосфера, которой не хватает режиссерам с большими именами. Эмоция — абсолютно живая. Равшана любит «женское» кино. Альмодовара, например, и Карвая. В случае с Кустурицей и братьями Коэнами их с Артемом вкусы совпадают. Их любимая книга — «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» Хантера Томпсона. Они особенно не спорят по поводу музыки, живописи, поэзии и литературы, да и одеваются примерно одинаково. Возвращаясь к теме физического сходства, мы говорим о генетике. Светлые глаза Артема обманчивы — у него есть цыганские корни. Восточной внешности Равшаны могло бы и не быть, сложись гены по-другому: ее бабушка была рыжей, белокжей, веснушчатой.
Равшана: Мои родители познакомились во ВГИКе. На первом курсе была безумная любовь, в результате которой родилась я. Папа — актер, работал лет двадцать в ташкентском театре «Ильхом» под руководством Марка Вайля, а потом уехал в Америку. Мама Рано Кубаева — режиссер, актриса, продюсер...
Артем: Мои родители к искусству не имеют отношения. Мама, некогда дирижер, профессию свою оставила давным-давно, дальнейшую жизнь посвятив странной сфере. Она, красивая нежная женщина, работала в армии, в воинской части, в милиции, в пожарной охране.
Деликатные при посторонних, газели Равшана и Артем наедине дают выход своим темпераментам — диким, но симпатичным. Артем: Если между нами возникает недопонимание, мы вспыхиваем как спички и так же быстро гаснем.
Равшана: Другие копят обиду, несколько дней не разговаривают, у нас такого нет. Максимум час можем выдержать — потом неважно, кто виноват.
Артем: Бывает, что-то летает по квартире. Мы друга в друга не целимся, но кидать предметы любим.
Равшана: Чаще всего у нас летает кот. Сейчас я расскажу романтическую историю, которая покажет в лучшем свете характер Артема. Меня воспитывала бабушка, потому что мама все время работала. Она не разрешала мне иметь домашнее животное, говорила: «Мне с тобой хватает хлопот». Когда мы стали жить с Артемом, у нас сразу же появился белый котенок. Он был прекрасный, только глухонемой. Нешумливый, спокойный, не мяукал совсем. Мы назвали его Юрием Антоновым. Я его безумно любила. Как-то мы уехали на съемки в Ялту, на несколько месяцев. Попросили друга пожить у нас, последить за котом. Друг не усмотрел, кот прыгнул за птичкой из окна и погиб. Все вокруг об этом знали и боялись мне сказать. На вопрос, где кот, отвечали: «Такой-то уехал туда-то, взял его с собой, завтра привезет». Артем тоже знал, но не мог нанести мне удар. Рано утром он поехал на птичий рынок, купил нового котенка и привез со словами: «Юрий погиб, вот тебе кот вместо него». Горевать было некогда, потому что Артем сразу же уехал сниматься, а котенок начал болеть. Я, проклиная все и вся, носилась по ветеринаркам. Коту было отдано столько нервов, что я к нему привязалась. Теперь он гигантский, мы зовем его Йодой. Артем: Но он не так умен, как Юрий Антонов.
Равшана: Зато Йода воспитанный. Есть кошки, которые, проголодавшись, хватают спящего хозяина за пятки. Йода не такой. До часа я сплю или до полвторого, он лежит рядом и ждет. Просыпаюсь — приходит целоваться, мурчать.
Равшана с Артемом спать ложатся поздно. По клубам не ходят, зато любят принимать гостей или смотреть кино в обнимку. Тягу к стариковскому досугу объясняют тем, что им достаточно активности на съемочной площадке.
Равшана: Артем третий год подряд пытается освоить сноуборд. А я трусиха. Мой любимый вид спорта — шахматы.
Артем: Экстрим молодежных видов спорта заключается в том, что я могу прокатиться на сноуборде и сломать ногу. И что тогда? Мы с Равшаной предпочитаем тихо плавать в бассейне и кататься на коньках в «Меге» — пришли, поели, походили по магазинам, и на каток.
Равшана: Адреналина нам хватает на съемках — не бабулек с дедульками играем. Есть где побегать, в машинах побиться, попадать с большой высоты. Я тут умудрилась упасть с дерева в глубокую мутную воду — спиной. Лежала на ветке, а ветка сломалась.